Филипп Будковский: "Мечтал играть за "Динамо". Но оказалось, что у меня другой путь"

Будковский – киевлянин, мечтавший о "Динамо", но ставший воспитанником "Шахтера". За основу "горняков" в официальных матчах он так и не сыграл, зато успел поиграть за "Мариуполь", "Севастополь", "Зарю", "Десну" и "Полесье". Вызывался в национальную сборную Украины, а также попробовал силы в бельгийском "Кортрейке" и французском "Сошо", где играл со звездой "Челси" и сборной Франции.

В 34 года он снова ведет "Зарю" как капитан, хотя зимой мог уехать в Казахстан. А еще у него достаточно опыта, чтобы сравнить подход и отношение к футболу в Украине и Европе – со стороны игроков, клубов и болельщиков.

В этом интервью – о первых неделях в академии "Шахтера", "царской тропе" Николае Павлове, "Заре" и "мужиках" Юрия Вернидуба, европейском опыте и Максенсе Лакруа, а также о том, как "Полесье" попрощалось с ним, без особых объяснений.

"После 30 нужно больше работать над собой"

– Тебе 34 года, ты капитан "Зари", один из лучших бомбардиров УПЛ. Изменяется ли с возрастом твой подход к тренировкам, питанию и восстановлению?

– Скажем так, тренировок становится немного больше. Понимаешь, что нужно двигаться и не отставать от молодых футболистов, у которых больше энергии, которые, может, быстрее двигаются. Потому начал больше ходить в зал, раньше ложиться спать, чтобы лучше восстанавливаться. После 30 уже нужно задумываться о том, чтобы лучше восстанавливаться и больше работать над собой.

– Что для тебя означает капитанская повязка в "Заре"?

– Во-первых, это ответственность. За лидерские качества, за настроение команды. Если что-то идет не так – нужно ободрить футболистов, а если совсем плохо – то и дать пинка. Поэтому в первую очередь это быть лидером в раздевалке и вне ее, поддерживать игроков. Для меня большая честь быть капитаном в таком клубе.

– Недавно ты забил 60-й гол в УПЛ. Следишь ли за такой статистикой и какую планку ставишь себе?

– Честно – не слежу. Где пресс-аташе скажет, где болельщики напишут, мол, 60, юбилей… Но хочется двигаться дальше, пока есть силы и вдохновение: помогать команде в каждой игре и забивать как можно больше. Для нападающего это главное.

– Есть ли индивидуальные мечты или амбиции – например, стать лучшим бомбардиром сезона?

– Это всегда хочется. В прошлом сезоне до этого не хватило буквально шага. Но если реализовывать свои моменты, то в принципе этих целей можно достичь. Для себя, конечно, хочется, а дальше все зависит от твоих результатов на футбольном поле.

– Но сейчас, после семи туров, у тебя один забитый мяч в УПЛ. Есть для себя объяснение, почему снизилась результативность?

– Прямо сказать сложно. Где-то моментов меньше, где-то, может быть, я не так открылся, где-то передача не пошла. Эти моменты просматриваешь после игры, анализируешь, учитываешь, чего не хватает. И дай Бог, чтобы в следующих играх удавалось уходить с поля результативным.

– Зимой была информация о твоем возможном переходе в клуб из Казахстана. Почему не сложилось и почему ты решил остаться в Заре?

– Во-первых, семья. Дети, школа, сад – все здесь. Дома лучше – как говорится, хорошо там, где нас нет. Поэтому решил остаться с семьей. Хотя сейчас дети уже начали прятаться от взрывов… Может, если бы знал, что впоследствии так будут на это реагировать, то и выбрал бы Казахстан. Но сделано то, что сделано. Я не жалею, что остался: хочу достичь с командой тех результатов, которые мы ставим перед собой.

"Была мечта играть за "Динамо"

– Если возвращаться к истокам: ты киевлянин, но воспитанник "Шахтера". Как в 14 лет ты попал в Донецк?

– Тогда еще была ДЮФЛ. Я играл за "Отрадный", мы поехали на финальную часть ДЮФЛ, там было и "Динамо". Мы заняли первое место, "Динамо" – пятое или шестое. Лысенко тогда должен набирать как раз наш возраст. И он при двух командах сказал, что из "Отрадного" никого не берет.

Вернулись мы с того турнира, был банкет для родителей. Тренер подошел и говорит: "подходили скауты "Шахтера", интересовались, так что если есть желание – могу дать номер". Дал номер, я уехал в "Шахтер", сыграл там две игры. Помощником директора академии тогда как раз был Патрик ван Леувен. И так получилось, что меня оставили. Остался – и уже с концами.

– Кажется, в голосе можно услышать, что сначала мечтой все же было "Динамо"?

– Да, была мечта попасть в "Динамо" и играть за "Динамо". Но оказалось, что у меня другой путь.

– Как ты тогда отнесся к варианту с "Шахтером"? Было страшно – ты же, по сути, был ребенком – воспринимал ли это как интересное приключение?

– Сначала ехал, как в приключение. Но когда родители уехали и остался один, все по-новому… Здесь дом, родители, друзья, школа, а там – общежитие. Жили блоками, наш возраст был в одном блоке. Честно говоря, первые недели две я, бывало, прятался в туалете – морально было очень тяжело. Но потом адаптировался, сдружился с ребятами, и как-то пошло-поехало, стало легче.

– Кто-то из тех ребят тоже построил карьеру? 1992 год рождения – достаточно продуктивный для академии "горняков".

– Малышев, Караваев. С нами тогда еще Малиновский учился и играл. Александр Нойок – он сейчас играет в Казахстане. То есть действительно есть футболисты, которых воспитал "Шахтер" и сейчас играют.

– А как родители восприняли твой переезд так далеко, еще и не в "Динамо"?

– Родители с детства ездили на каждую мою игру, поддерживали даже на выездные игры ДЮФЛ. Но здесь речь шла о карьерном развитии. Они поехали со мной, посмотрели, как там все устроено, и решили: если команда интересная – почему бы и нет. Каждый мечтает попасть в какую-нибудь футбольную академию, а мой путь выпал на "Шахтер". Так что ничего плохого они в этом не видели. Конечно, скучали. Я приезжал раз в полгода, потом все адаптировались. Как сложилось – постоянно в пути, в переездах – так и жили.

– Ты лучший бомбардир в истории молодежной сборной Украины. Периодами был в первой команде "Шахтера", но так и не сыграл за нее ни один официальный матч. Сожалеешь об этом или с возрастом относишься спокойно?

– Отношусь спокойно. Когда-то, очень давно, я попадал в заявку – был единственным из молодежного состава. Потом ушел в аренду в "Мариуполь", а потом меня на полгода позвали обратно в "Шахтер". Впрочем, шанса не дали. Но я тренировался с выдающимися футболистами – Фернандиньо, Дуглас Коста, Виллиан, Дарио Срна, Шевчук, Ракицкий… Все они – легенды "Шахтера", поэтому было приятно чему-то у них научиться.

"Мы бы написали маленькую историю "Зари"

– "Мариуполь", Николай Павлов – твои первые шаги во взрослом футболе. Что больше всего запомнилось из того периода?

– Пожалуй, как и всем – сборы. Таких сборо ни у кого не было. И "царская тропа", и 5 по 300 метров и 7 по 50 – это уже шло как разминка. Но команда бегала, команда играла, команда давала результат. У каждого тренера свое отношение и свое видение футбола. Для меня это была закалка – и психологическая, и физическая. На контрасте потом, у младших тренеров, уже казалось, что это очень легко.

– В 2013 году ты уехал в аренду в "Севастополь". Тогда там формировалась очень любопытная команда. Что вспоминаешь о том крымском периоде?

– Согласен, команда собиралась хорошая. Приходили футболисты из "Шахтера" – Дуляй, Левандовский, Чижов, Ярошенко, еще многие… И очень колоритное место, очень хорошие болельщики. Весь стадион пел и до игры, и после игры поддерживал команду. Только положительные эмоции. Жаль, что так произошло. Сейчас нет ни команды – город оккупирован. Но таких команд, таких фанатов, которые там были, очень не хватает.

– Сезон 2015/16 в составе "Зари" – 17 голов во всех турнирах и финал Кубка Украины. Что это была за "Заря", по твоему мнению, учитывая, что ты видел этот клуб в разные периоды?

– Можно сказать, одна из самых сильных – построенная тогда Юрием Вернидубом. Было много молодых футболистов "Шахтера": те же Малышев, Малиновский, Петряк, потом перешедший в "Шахтер". Очень надежный Шевченко в воротах, хорошие защитники. Так у нас и сложился коллектив. Мы еще застали период, когда началась оккупация Луганска, и мы переехали в Запорожье. Было тяжелое время: где-то пять-шесть месяцев не было заработной платы, давали кусочками. Но команда не переставала играть, только показывала лучшие результаты, стала крепче, сплотилась. Тогда многие наши игроки ездили и в национальную сборную.

– Можешь назвать, под руководством какого тренера ты провел больше всего матчей в карьере?

– (ненадолго задумывается). Юрий Вернидуб?

– Да, 88 матчей. Что он дал тебе как тренер?

– Характер. Все знают, как сражаются его команды – хоть "Заря", хоть любая другая. Это характер, выдержка, психология, преданность и честность на футбольном поле.

– Есть ли у тебя самый памятный гол или момент в карьере?

– Какого-нибудь одного самого памятного гола нет. Но первый гол в УПЛ я забил за "Мариуполь" – "Шахтеру" – это остается навсегда, потому что дебютный. А самый памятный матч, пожалуй - дебют "Зари" в Лиге Европы, когда мы играли с "Фейенордом" (сезон 2014/15 - прим. К.К.) . Мы проигрывали, сравняли счет – и весь стадион, не помню, 40 или 50 тысяч замолчал. Чуть-чуть не повезло: в конце, на последних секундах, пропустили и не прошли. А если бы прошли в дебютном сезоне в группу, написали бы маленькую историю "Зари" еще тогда.

"У нас легионера носят на руках, в Европе так не поступают"

– У тебя шесть матчей за сборную Украины, причем в Википедии это выглядит так, будто твоя карьера в сборной завершилась в 2016 году. Как считаешь, может ли еще произойти возвращение? Недавно Олег Дулуб в интервью очень положительно высказывался именно о твоем возможном вызове в сборную.

– Я от себя делаю все на футбольном поле. Если чего-то не хватает или не дотягиваю до уровня, то, конечно, не вызовут. Но если это произойдет, я буду только рад помочь сборной. Мне было бы приятно! От себя понимаю, что нужно забивать в каждом матче, а дальше посмотрим.

– Ты играл в Европе – за "Кортрейк" и "Сошо". Что дал тебе европейский футбол?

– Если проанализировать – это опыт, показывающий разницу: как у нас относятся к иностранцам и как там относятся к нам. Если ты приезжаешь туда и ты не сильнее, а такой же, как местные, то играть не будешь. Там больше будут ставить на своих. А у нас, если приезжает иностранец, его на руках носят, по голове гладят, все для него делают. Там так не поступают.

Поэтому для меня это был урок на всю жизнь: если едешь в Европу, ты должен быть лучше и показывать, что наш чемпионат, наша страна ничем не слабее тех, куда ты едешь. Тогда можешь выглядеть лучше и строить европейскую карьеру. Главное – быть ментально и психологически готовым к этому.

– Сам ты вспоминаешь тот период с позитивом или с разочарованием?

– Для себя нужно брать только позитив. Понятно, что негатива было много. Но к каждому моменту нужно относиться положительно – я себе беру именно это. То, что там со мной происходило, уже зависело от меня. Если я там не задержался, то, по-видимому, плохо выглядел или ментально и психологически не был готов к такому отношению и к такому футболу.

– Расскажи немного поподробнее о жизни во Франции. Ты жил в Монбельяре. Что это за город, какая там атмосфера, какие болельщики? Ведь "Сошо" – клуб исторический и достаточно самобытный.

– Я видел, что раньше на матчи приходило очень много болельщиков. Но когда я туда приехал, в клуб зашли испанцы, появился какой-то другой вектор футбола – и болельщики обиделись, просто перестали ходить, даже больше ходили на матчи нашей второй команды. Так что какой-то особой атмосферы я не почувствовал.

Но приятно, что после игры двух-трех футболистов приглашают в вип-ложу, там собираются болельщики и с тобой общаются, что-то рассказывают или спрашивают. Думаю, у нас такого не хватает. А сам город – это маленький поселок, рядом большой стадион и крупный завод Peugeot, который производит машины и для Франции, и для других стран. Запомнилось, что каждые полчаса оттуда уезжали поезда с новыми партиями машин.

– Чем занимался в свободное время, учитывая масштабы города?

– Вокруг были маленькие поселки, но очень хорошо сделаны дороги. Там, где я снимал жилье, был велосипед – я много ездил, рассматривал окрестности. Купался в реке. Иногда оставался на базе – работал то в тренажерном зале, то в поле. Ибо бывало грустно: семья далеко, одному грустно, и время тянется дольше. Поэтому искал себе какие-то дела – что-нибудь почитать, что-то поделать.

– Люди на улицах тебя узнавали?

– Нет. Там к этому спокойно относятся. Разве что могли узнавать в самом центре города, а в районах вокруг него – нет.

"У нас путь в Европу закрывается деньгами"

– В "Сошо" ты играл вместе с Максансом Лакруа. Недавно он в составе "Кристалл Пелас" обыграл "Шахтер" в полуфинале Лиги конференций, стал обладателем трофея, перешел в "Челси" за более чем 60 миллионов и вызывается в сборную Франции. Расскажи о нем. Чувствовался ли тогда его потенциал?

– Если бы мне тогда сказали, что он будет играть за "Челси" и сборную Франции – не скажу, что поверил бы. Да, он был молодой парень, фактурный. Не скажу, что скорый, но хорошо играл в борьбе, головой.

Большой плюс у них – Евросоюз: там больше скаутов, даже на матчи второго дивизиона Франции приезжают и смотрят футболисты. Провел хороший сезон – едешь дальше. А у нас сейчас такой период, что за футболом следят меньше, потому что уровень упал.

К тому же у нас начинают платить большие зарплаты, баловать игроков и не отпускают футболистов, даже если есть хорошие предложения. На этом все и закрывается: путь в Европу закрывается деньгами.

– А замечал ли ты разницу в отношении самих игроков? Например, что Лакруа или другие – более профессиональные, а в Украине больше разгильдяйства, самоуверенности или безразличия со стороны ребят?

– Если бы у нас в каждой команде была такая база… Точнее условия для работы… Не скажу, что у них была большая база: мы приезжали на стадион, а там тренажерный зал, столовая, большая раздевалка, восстановление, сауна, джакузи – все на стадионе. Если бы у нас все так было, думаю, и профессионалов у нас было бы больше. Там ты перед тренировкой и после нее – все на месте, никуда не нужно ехать.

А у нас потренировался, поехал домой, потом надо в зал, а там обстрел или что-то не работает… Поэтому в этом плане нам не хватает и профессионализма, и просто инфраструктуры для футбольных клубов.

– Кто-то из игроков тогда больше всего поражал?

– Тогда в "Сошо" был голкипер, который сейчас играет за сборную Ганы – Ати-Зиги (выступает за швейцарский "Санкт-Галлен" – прим. К.К.). Он и на чемпионате мира был. Ну и Лакруа. Таких было три-четыре футболиста.

– Твоим конкурентом был Демирович – сейчас он играет за "Штутгарт" и забивает по 12-15 голов за сезон в Бундеслиге, а недавно отличился хеттриком в воротах "Викинга" в матче Лиги чемпионов.

– Да, был Демирович. Босниец есть босниец – как все балканцы, упрямый, наглый. Мог пас не отдать. Но это принесло плоды. Не скажу, что он тогда чем-то так отличался, но сейчас играет, забивает - и хорошо.

– Сохранились ли контакты с кем-то из клуба? Следишь за "Сошо" или это уже в прошлом?

– С тем же Лакруа – поздравил его, когда они выиграли, опрокинулись парой слов. С голкипером тоже переписывался. Есть пара футболистов. А за клубом – если вижу в Лайскоре, что они играют, захожу, смотрю, в какой лиге они сейчас, как двигаются. Все равно любопытно. Думаю, любому футболисту интересно, что происходит там, где он играл.

"Из Полесья ушел, потому что сказали, что я неликвидный футболист"

– Если вспоминать дальше – был период в "Десне". Я недавно брал интервью у Андрея Тотовицкого – он очень тепло вспоминал ту команду, коллектив и сотрудничество с Александром Рябоконем. Я так понимаю, у большинства тех, кто там играл, такие воспоминания?

– Да, приятные воспоминания. Начиная с города и кончая болельщиками – у нас было все для развития. Небольшая инфраструктура, такая мини-база на стадионе, прямо у футбольного поля. Подобрался хороший коллектив, и нам чуть-чуть не хватило в конце. Мы сыграли с "Зарей" 1:1 (в последнем туре сезона 2019/20 - прим. К.К.) , а если бы победили, то попали бы сразу в группу Лиги Европы. А так вышли в квалификацию на "Вольфсбург" - один матч, еще и тогда был коронавирус, так что дебют у нас получился тяжелым. Но скажу так: если бы мы не теряли очки в тех играх, где не должны были, и выступили как следует, то, думаю, вышли бы в группу. А коллектив был хороший, подобранный – и под хорошим руководством.

Читайте также: Завершение карьеры, "Шахтер" и предложения из Европы: интервью Андрея Тотовицкого

– Дальше ты оказался в "Полесье", когда команда еще была в Первой лиге. Почему тогда согласился на этот вариант? Тогда это была ставка на интересный проект?

– Не скажу, что я знал, что там все будет так развиваться, хотя так говорили. Для меня был нонсенс, что когда закончился контракт с "Десной", у меня не было ни одного варианта с УПЛ. Были варианты из Индонезии, из Кореи.

И тогда набрали из "Полесья", я поговорил с Калитвинцевым. Отлично поговорили. Он говорит: "ты играл с Владом, моим сыном, он о тебе хорошо отзывался, так что я тебя уже знаю и хотел бы поработать вместе". Я отнесся к этому положительно и уехал. Затем началось полномасштабное вторжение, и это немного выбило команду, но впоследствии мы вернулись, выиграли Первую лигу и поднялись в УПЛ.

- Летом 2024 ты был одним из лидеров уже амбициозной команды, но с тобой попрощались. Как ты это узнал и какие были первые эмоции? Это был шок или ты что-то испытывал накануне, может, что-то слышал?

– Для меня это было большое разочарование, потому что я этого не ожидал. Мы не прошли в Лиге конференций словенская "Олимпия" – это был наш еврокубковый дебют. Вернулись, готовились, играли товарищеские матчи, все было нормально.

И однажды приезжаю на завтрак, у нас должна быть теория – и мне звонит по телефону вице-президент Тесля. Говорит, что нужно приехать в клуб. Я говорю: "Сейчас теория, тренировка…". А он: "Больше не надо". Ладно, поехали.

Состоялся очень странный разговор. Он говорит: "Сейчас зайдем к президенту, поговорим – все уже все понимают, потому будем с вами прощаться, давайте решим, как мы это сделаем". Я говорю: "Хорошо, давайте поговорим все вместе и поставим все точки". Потому что если уж решили, то никуда не денешься. Мы сидели час-полтора, а потом говорят: "Разговора не будет, все решено, спасибо, езжайте на базу, собирайте вещи – переводитесь в "Полесье-2".

Ну ладно. Начали тренироваться с "Полесьем-2" – собирали в зале, потом обязательно нужно было выйти на поле. День за днем – и в конце концов мы ударили по рукам, что разорвем контракт. Вице-президент тогда решил за всех – вместе с тогдашним тренером Ашуром. Ну как есть, так есть. Сказали, что я неликвидный футболист, потому что меня нельзя дальше продать. Так прямо и сказали.

– То есть, по сути, тогдашние тренер и вице-президент сами так поступили?

– Я считаю, что да. А президента просто поставили перед фактом, сказали, что так нужно. Думаю, он доверял и тренеру, и вице-президенту. Но у меня на душе было очень грустно. Я очень хотел двигаться дальше с "Полесьем". И не скажу, что как-то выпадал или выглядел хуже тех футболистов, которые тогда были на моей позиции.

"После 20 щелкнешь пальцем – и уже 30"

– Знаешь или, опять же, угадаешь, в ворота какой команды у тебя больше забитых голов? Подскажу: таких команд три.

– "Ворскла"?

– Да, а еще "Динамо" и "Рух". Но меня здесь, прежде всего, интересует "Динамо". Это что-то личное или случайность?

– Да какое там личное. Всегда выходишь на такую команду – лидер чемпионата, чемпион Украины, команда по имени – и хочешь показать, на что ты способен. Не то чтобы какая-то особая настройка, принципиальности нет. Как говорится, звездочки сошлись в эти дни – так и вышло.

– Самый неудобный защитник, против которого ты никогда не играл?

– По молодости, когда только начиналась карьера, это были такие защитники, как Ракицкий, Кучер. А теперь с возрастом поколение изменилось. Один из таких – Сарапий. И из "Динамо" – Тиаре: очень сильный и в воздухе, и в единоборствах, у него хороший потенциал. Вообще, в Украине много защитников, против которых очень неприятно играть: они играют цепко, грубовато и знают, когда это нужно делать. Но со временем и ты знаешь, как себя вести на футбольном поле.

– Если бы ты мог дать один совет себе 18-летнему, еще в академии "Шахтера", что бы это было?

– Пожалуй, больше работать. Больше работать и не обращать внимания на все эти заманухи, мол, нужно немного отдохнуть… Это ты со временем понимаешь, что время идет. Тогда говорили: у тебя еще вся карьера впереди. А потом говорят: после 20 щелкнешь пальцем – и уже 30. Так и случилось.

После 30-ти ты понимаешь, что начинаешь больше работать, больше восстанавливаться, чтобы лучше себя чувствовать. А начинать это делать нужно в 18. Чем раньше начнешь работать над собой, тем лучше станешь – и можешь двигаться дальше, в европейские чемпионаты. А там уже как карта ляжет. Но все начинается с тебя самого.