Анатолий Демьяненко: "Футбол не стоит на месте, он идет вперед, как и жизнь"

Путь Анатолия Демьяненко в футболе начался еще в школе "Днепра-75", а продолжился в киевском "Динамо", где он стал одним из лидеров команды, капитаном и одним из самых известных украинских футболистов своего поколения. Он играл за сборную СССР на трех чемпионатах мира, выигрывал Кубок обладателей Кубков, в 1985 году был признан лучшим футболистом Советского Союза.

После завершения игровой карьеры Демьяненко остался в футболе уже как тренер. Возглавлял киевское "Динамо", работал в Украине и за границей, а с "Насафом" выиграл Кубок АФК. В нашем разговоре Анатолий Васильевич вспоминает первые шаги в футболе, Валерия Лобановского и его уроки, дружбу с Игорем Белановым, победу над "Атлетико" в финале Кубка обладателей Кубков, чемпионаты мира и финал Евро-1988. Говорим также о зарубежном опыте, тренерской работе и возможном возвращении на тренерский мостик.

А в конце – о том, что остается, когда за плечами уже большая футбольная карьера. Для Демьяненко ответ прост: здоровье и благодарность за пройденный путь. "Думаю, что я прошел интересный путь - и жизненный, и футбольный. Не каждому приходится пройти такой путь", – говорит он.

"Тебе нужно расти как футболисту. И давай, не бойся"

– Когда вы поняли, что футбол может стать вашей профессией и делом вашей жизни?

– Когда я уже играл в "Днепре-75" в школе. Потом все было в моей карьере постепенно: сначала оказался в юношеской команде, потом дубль "Днепра", потом основа "Днепра" – и, наконец, киевское "Динамо".

– Первой вашей взрослой командой был "Днепр". Вы провели там всего половину сезона, после чего оказались в киевском "Динамо". Как сложным для 19-летнего футболиста был этот переход?

– Конечно, сложно было, потому что я только начал играть в "Днепре". А в киевском "Динамо" все звезды были, футболисты с именами – хорошая команда. Потому все же боязно было.

– Но, как говорят, "волков бояться – в лес не ходить", да?

– Да, но все равно… Я в 19 лет в "Днепре" только начал играть, мне организовали там службу в армии, но потом все завертелось – и я перешел в "Динамо".

– В 1978 году, после турнира "Переправа", вы сначала согласились на переход в "Динамо", а затем отозвали свое заявление. Это как раз из-за ваших опасений звездного состава динамовцев?

– Именно так. У "Динамо" был очень хороший состав, что не имя – это звезда. А я только начал играть в 19 лет, поэтому сомнения были большими.

– После перехода в "Динамо" вы практически сразу попали в основной состав. Каким был ваш первый день в команде и первое знакомство с Валерием Лобановским?

– Да как сказать… Хорошее знакомство. Валерий Васильевич, помню, сказал: "Тебе нужно расти как футболисту. Мы видим в тебе потенциал. И давай, не бойся".

– Лобановский переквалифицировал вас, правоногого футболиста, в левого защитника. Помните момент, когда он впервые объяснил вам, как видит вашу новую роль на поле?

– Конечно, помню. Он спросил меня: "А ты сможешь сыграть левого защитника?" Ну, я говорю: "А почему не смогу? Смогу, конечно". Он говорит: "Слушай внимательно: ты дежури – один раз в середину, один раз в край. С левой подасы?". Я говорю: "Подам". Он мне: "Вошел внутрь – либо обыгрался, либо пробил".

То есть Валерий Васильевич уже тогда понимал и видел тенденции игры, что левоногие футболисты будут действовать справа, а правоногие – слева. То есть то, что мы видим сейчас в футболе. А тогда это было диковинкой…

– А когда Валерий Васильевич спрашивал: "Можешь сыграть?", допускался вариант ответа: "Нет, не могу"?

– Тогда мы не думали об этом. Он спросил, я ответил, что, конечно, сыграю. А что? Еще в юношеском возрасте я играл и на позиции нападающего, и на позиции полузащитника… Потому чего бояться? Надо просто играть. Он мне сказал: "У тебя потенциал очень велик, тебе нужно его раскрыть. Сыграешь?". Ответил: "Сыграю" – и все. Так и пошло.

– Лобановский был тренером, требовавшим от футболистов очень много. Что из его требований сегодня вы считаете самым ценным для себя как для футболиста и как для тренера?

– Во-первых, нужно не бояться играть в футбол, но придерживаться тактики, плана на игру. Тогда он говорил: "Есть план на игру, надо его выполнять, и тогда все будет хорошо". Но в этой тактике, в этом плане, на игру должно проявляться твое индивидуальное мастерство. Если оказался именно в этой позиции – обыгрывай, не бойся, иди вперед.

1985 год: капитан "Динамо" и лучший футболист СССР

– В 1985 году вас признали лучшим футболистом СССР. Для защитника это было особенно престижное признание. Можете сказать, что этот сезон стал действительно лучшим в вашей карьере?

– Да. Я думаю, что да, потому что у меня все получалось. Знаете, когда футболист ловит кураж, все выходит. В том сезоне я забил восемь мячей в чемпионате Советского Союза, выступая на позиции защитника, представляете? Не скажу, что было просто, но, конечно, очень приятно – у меня действительно многое получалось в том сезоне.

– В том же году вас избрали капитаном "Динамо". Помните, как именно происходило голосование?

– Да, было организовано тайное голосование на собрании. Каждому дали бумажку, на которой нужно было написать три фамилии. За первое место насчитывалось три очка, за второе – два, за третье – одно. Затем все голоса подсчитали.

– Также у вас была очень близкая дружба с Игорем Белановым. Лобановский даже поручил вам помогать ему адаптироваться в команде. Каким вы помните Беланова в те годы еще до того, как он завоевал "Золотой мяч"?

– Сначала, как только приехал, Игорь немного стеснялся. Он любил Одессу, хотел уйти. И Лобановский дал мне задачу: "Толя, ты, как капитан команды, должен его, так сказать, под крыло взять. Где-то куда-то идете - берите его, чтобы он не чувствовал удаленности от коллектива".

Помню, ездили как-то под Бровары на лошадях кататься, в ресторан семьями ходили… Не только я, но и Бессонов, Баль тоже его заботились. Если собирались куда-то, говорили ему: "Бери жену, дочь - и уехали с нами". И вот так постепенно Игорь адаптировался в "Динамо" и Киеве в целом.

"Нам, как никогда, нужно выиграть, потому что люди ждут какого-нибудь позитива"

– Победа над "Атлетико" в финале Кубка обладателей Кубков стала одним из главных моментов в истории "Динамо". Что вы лучше всего помните с того дня: раздевалку, слова Лобановского, сам матч или празднование после игры?

– Там было все в комплексе. К тому же, как вы помните, эта игра проходила через неделю после трагедии на Чернобыльской АЭС. Мы из Киева выехали сразу после взрыва на реакторе, поскольку у нас была еще запланированная игра со "Спартаком" в Москве. Но о настоящих масштабах трагедии не знали – только то, что произошло что-то серьезное, можно сказать, знали обо всем поверхностно. Это же Советский Союз, сами понимаете, какая секретность была…

Когда приехали туда, конечно, нас встречали многие журналисты, телевизионщики, нам говорили, что возвращаться вообще нельзя, что произошла очень большая трагедия.

Ну, и, конечно, уже перед самой игрой Лобановский говорил: "Нам, как никогда, нужно выиграть, показать свою игру и одержать победу, потому что люди ждут какого-нибудь позитива". Ну а после игры, конечно, уже были поздравления и все остальное.

– В общей сложности за свою карьеру вы забили 30 голов в клубном чемпионате, шесть мячей в составе сборной СССР. Есть ли гол, который для вас особенно важен?

– Первое, что приходит в голову – в финале Кубка СССР с "Шахтером" в 1985 году, когда играли в Москве. Начало второго тайма, счет 0:0, арбитр назначает штрафной удар. Я в общем-то штрафные не пробивал, а тут, наверное, какая-то чуйка была. Попросил: "Ребята, дайте хоть раз пробить". Финал Кубка СССР, как никак… Подошел и забил.

Через две минуты счет удвоил Блохин, "горняки" отыграли один мяч, но победу и трофей мы не упустили. В общем-то, знаете, много таких интересных моментов, и каждый забитый мяч был важным – тем более, для защитника.

Чемпионаты мира и ощущение недосказанности

– За сборную СССР вы провели 80 матчей и приняли участие в трех чемпионатах мира – 1982, 1986 и 1990 годов. Какой из этих турниров оставил у вас самые сильные воспоминания?

– За два года до ЧМ-1982 я стал чемпионом Европы в составе молодежной сборной, и вот считал потом, что семь игроков из той чемпионской команды поехали на Мундиаль в Испанию – это очень приличный показатель. Поэтому ЧМ-1982 запомнился эмоциями, потому что он был первым для меня.

ЧМ-1986 оставил двоякие впечатления. У нас была очень сильная команда, которой вполне по силам было побороться за медали и, собственно, Кубок мира. Команда была на ходу, очень прилично смотрелась, все нас боялись. Но ощущение недосказанности после того чемпионата осталось, мы не должны останавливаться на стадии 1/8 финала.

– Через два года, в 1988-м, вы добрались до финала чемпионата Европы, где уступили Нидерландам. Чувствовали, что звание чемпионов Европы вот здесь, близко, на расстоянии вытянутой руки?

– Ну, знаете как… Конечно, могли побеждать голландцев в финале, тем более в группе обыграли их. Но стоит отметить, что команда у них была очень приличная – ван Бастен, Гуллит, Райкаард, Куман и т.д. К сожалению, это футбол, и иногда он бывает очень жестоким (улыбается – прим. Ю.Г. ).

– Вы много лет были капитаном "Динамо". Отличалась ли роль капитана в клубе от роли капитана в сборной СССР?

– Да, конечно отличалась. В клубе ты знаешь, кто из партнеров чем живет, чем дышит, какой у каждого характер, а у сборной такого нет. Если в "Динамо" я мог нагремать, "напичкать" кому-то, то в сборной нужно было быть осторожнее - еще нагремишь на него, а он после этого не будет вообще играть.

– После завершения основного периода карьеры в "Динамо" вы выступали за "Магдебург" в Германии и "Видзев" в Польше. Что больше всего отличало футбол за границей от того, к чему вы привыкли в Советском Союзе?

– В Германии, разумеется, на первом месте была дисциплина, плюс у них был более атлетический футбол. У Польши был другой футбол – больше непринужденный, раскрепощенный. Сами понимаете, уровень футбола в Германии и Польше нельзя было сравнивать на тот момент…

Это сейчас уже эти страны подтягиваются, уровень команд растет, а раньше было ясно: Германия – это Германия. При этом я также отмечу, что и уровень чемпионата Советского Союза тоже был достаточно высоким, думаю, в топ-четверку Европы мы точно входили.

– А вы не жалеете, что не поехали играть в Западную Европу раньше?

– Конечно, хотелось бы там поиграть подольше. И были приглашения. Но из Советского Союза нас не выпускали, вы ведь сами понимаете.

– Когда вы впервые оказались в иностранной раздевалке, что вас больше всего удивило: отношение к футболу, быт, зарплаты, тренировочный процесс, возможно, общение между футболистами?

– Просто они были так раскрепощены. Смеются, шутят, причем независимо от того – до игры или после. Если проиграли, то не делают трагедии из этого. "Сегодня проиграли – значит, завтра выиграем" – жили и играли по такому принципу.

От футболиста к тренеру

– Перейдем к вашей тренерской карьере. Вы повесили бутсы на гвоздь и практически сразу перешли к тренерской работе. Сложно ли было психологически сменить роль футболиста на роль тренера?

– Конечно, тяжеловато было. Здесь нужно подстраиваться. Тренерство – это совсем другое. Каким бы ты ни был игроком, нужно забывать об этом, и доказывать все уже в новом амплуа. Уже после завершения карьеры, войдя в тренерский штаб "Динамо", прошел тренерские курсы, посещал лекции, проводимые нам ведущими тренерами.

Но, понимаете, я играл в сборной СССР под руководством ведущих тренеров – Валерия Лобановского, Эдуарда Малафеева, Нодара Ахалкаци, Константина Бескова. Представляете? Это лучшие советские тренеры, и, конечно, работа с ними не прошла бесследно для меня и все, что они говорили, откладывалось в голове.

– Вы много лет работали ассистентом в тренерском штабе Валерия Васильевича. Помог ли этот опыт понять вам, каким тренером вы хотите быть сами?

– Конечно. По-моему, нужно чтобы был и кнут, и пряник. Где-то похвалить нужно игрока обязательно, чтобы он чувствовал, что он молодец, ободрился. Если же неправильно сыграл, то нужно обязательно говорить в глаза об ошибке, чтобы игрок стремился совершенствоваться и развиваться.

– В 2005 году вы стали главным тренером "Динамо". Какие эмоции тогда превалировали: гордость, ответственность или волнение?

– Конечно, ответственность. Очень большая ответственность. Потому что это Динамо (Киев), а этот клуб не может играть плохо. "Динамо" всегда было в Советском Союзе, а затем и в Украине на первых ролях. Так что, конечно, чувствовал большую ответственность – и за игру, и за результат.

– За два года под вашим руководством "Динамо" выиграло чемпионат, два Кубка и два Суперкубка Украины. Какой из этих трофеев для вас особенно дорог именно для тренера?

– Не хочу разделять трофеи по важности, ведь каждый из них по-своему особенный. Успешным для меня оказался 2007 год, когда "Динамо" под моим руководством выиграло требл – стало чемпионом Украины, а также обладателем Кубка и Суперкубка страны. Выиграть три важнейших отечественных трофея в течение года – это дорогого стоит.

– После "Динамо" вы также работали в "Нефтче", с "Насафом" выиграли Кубок АФК. Что дал вам этот зарубежный тренерский опыт и чему научил?

– О Баку не хочу говорить и вспоминать, ведь там была не очень здоровая атмосфера. А вот о "Насафе" могу рассказывать очень долго. В первую очередь хотелось бы поблагодарить президента клуба, с которым мы выиграли Кубок АФК – это аналог европейской Лиги Европы.

Но когда я только приехал в Каршу, смотрю – игроки вроде и технические, но какая-то боязнь присутствует. Спрашиваю: "А чего ты боишься? Если есть возможность, иди, обогревай, не бойся, что потеряешь мяч. Это не критично - к нашим воротам 70-80 метров, партнеры подстрахуют". И вот так я их раскрыл. В общем, в "Насафе" был хороший коллектив, и команда хорошая была, и руководство.

Мне там очень нравилось, там было очень хорошо. И очень рад, что удалось первым завоевать для Карши и всего Узбекистана клубный трофей.

– А вообще чем вам запомнился Узбекистан – футболом, людьми, атмосферой?

– И футболом, и людьми. Мне повезло, что руководство буквально жило клубом и руководство города очень помогало. Мэр города вообще являлся фанатом киевского "Динамо". Он всегда любил со мной поговорить – часто приезжал ко мне, и мы долго могли сидеть и разговаривать.

Также президент клуба – Алишер Саидаббасович Султанов, как сейчас помню – современный, прогрессивный, всегда интересовался делами команды. Считаю, что "Насаф" добился тогда результата, потому что все в клубе, в том числе и я, чувствовали доверие и поддержку.

Никогда не говори "никогда"

– Вашим пока последним клубом в тренерской карьере была словацкая "Нитра", которую вы оставили в апреле 2020 года, и с тех пор находитесь вне профессионального футбола. Есть ли шанс увидеть вас еще главным тренером – в Украине или за границей?

– В жизни все бывает. Никогда не говори "никогда"… Тем более у меня есть диплом УЕФА категории "А", я его недавно продолжил. Главное, чтобы нормальное предложение было, чтобы не мучиться с командой, чтобы стояли какие-то задачи.

Когда просто так работаешь – то неинтересно, снижаешь и к себе требования, и к игрокам. А когда поставленная цель – это уже совсем другое. Ты и игроков заводишь, и себя заводишь – то есть только вперед. Как в свое время говорил Валерий Лобановский, "футбол не стоит на месте, он идет вперед, как жизнь". В этом я полностью солидарен с ним.

– Анатолий Васильевич, и заключительный вопрос. Вы прошли путь от молодого футболиста "Днепра" до капитана "Динамо", игрока сборной СССР, тренера киевского "Динамо" и победителя престижного клубного турнира с "Насафом". Когда сегодня оглядываетесь на свою карьеру, чего вам больше всего хочется пожелать себе молодому? И есть ли что-нибудь, что вы сделали бы иначе?

– Такого, что сделал бы иначе, – нет. Будучи игроком, я тренировался и играл в одной из лучших команд СССР и Европы. Став тренером, добился успеха с разными командами как на Родине, так и за рубежом.

В общем, оглядываясь назад, могу сказать, что самое главное по жизни – это здоровье. Поэтому хочу пожелать каждому футболисту и каждому здоровью. Будет здоровье – значит, будет все остальное. Думаю, что я прошел интересный путь – и жизненный, и футбольный. Не каждому приходится пройти такой путь.

Юрий Громов, специально для Sport RBC.UA